Under the Dome/Под куполом

ешчё кусочек перевел... вроде спойлеров в нем нет (как ни странно

)

Джуниор прятался на другой стороне улицы под мягким душем из кленовых листье, не в силах поверить тому, что видит: в доме темно, «форранера» Генри Маккейна и «приуса» Ладонны до сих пор нет. Это выглядело слишком уж хорошо, чтобы быть правдой
Наверное, они в центре. Там сегодня были многие. Возможно, обсуждали отключение электричества, хоть Джуниор и не припоминал, чтобы при отключениях бывали такие собрания; обычно, люди просто шли домой и ложились спать, уверенные – кроме, разве что, больших снежных бурь – что на утро, когда они пойдут завтракать, электричество уже будет восстановлено.
Может быть, это отключение было вызвано одной из тех впечатляющих аварий, из-за которых телевизионные новости прерывали вещание экстренными выпусками. Джуниор смутно припоминал ту головную боль, которая преследовала его после того, как с Энжи случилась ее собственная авария. В любом случае, Джуниору нужно было остерегаться разговаривать с кем-нибудь по до-роге. Он шел вдоль Мэйн-стрит, опустив голову и подняв воротник плаща (и едва не врезался в Энсона Уиллера, когда тот выходил из «Свитбриар роуз»). Уличные фонари не горели, что помогало ему сохранять анонимность. Еще один подарок от богов.
А теперь это. Третий подарок. Огромный. Неужели тело Энжи до сих пор не обнаружили? Или он идет в ловушку?
Джуниор представил, как шериф округа Касл или детектив из полиции штата говорит: нам всего лишь нужно спрятаться и подождать, мальчики. Убийца всегда возвращается на место преступления. Это известный факт.
Телевизионная фигня. Теперь, пересекая улицу (и подталкиваемый, казалось, какой-то внешней силой), Джуниор ожидал вспышки прожектора, которая пришпилит его, как бабочку к куску картона; ожидал, что кто-нибудь заорет – возможно, в мегафон: «стой где стоишь и подними руки!»
Но ничего не произошло.
Когда он добрался до начала подъездной дорожки Маккейнов, с колотящимя в груди сердцем и кровью, бухающей в висках (но головной боли не было, это было хорошо, добрый знак), дом оставался темныи и тихим. Даже не рычал генератор, хотя в соседнем доме у Гримнелов он работал.
Джуниор поглядел через плечо и увидел обширный пузырь света, поднимающийся над деревьями. Что-то на юге города, а быть может, даже над Моттоном. Причина аварии, из-за которой отключили свет? Возможно.
Он подошел к задней двери. Передняя дверь должна была оставаться незапертой, если после происшествия с Энжи сюда никто не приходил, но он не хотел входить спереди. Вошел бы, будь такая необходимость, но ее не было. И пока ему везло.
Дверная ручка была повернута.

Джуниор просунул голову в кухню и сразу почувствовал запах крови – аромат, чуть похожий на крахмальный аэрозоль, только старый. Он спросил «Привет! Кто-нибудь дома?» И пусть даже никого и не было, если вдруг кто-то все же окажется дома, если по какой-то безумной случайности Генри или Ладонна оставили машину в центре и пришли домой пешком (каким-то образом не заметив лежащую в кухне мертвую дочь), он бы закричал. Да! Закричал и «обнаружил тело». Вряд ли это предотвратило бы появление фургона с экспертами, зато позволило бы выиграть немного времени.
- Эй? Мистер Маккейн? Миссис Маккейн? – А потом, в порыве вдохновения: - Энжи? Ты дома?
Стал бы он звать ее, если бы убил? Конечно нет! Но потом жуткая мысль пронзила его: что если она ответит? Ответит с пола, где он ее оставил? Ответит с полным горлом крови.
«Успокойся» - пробормотал он. Да, нужно было успокоиться, но это было трудно. Ведь в Библии такое происходило постоянно. В Библии, люди иногда возвращаются к жизни, как зомби в Ночи живых мертвецов.
- Кто-нибудь дома?
Ничего.
Его глаза привыкли к темноте, но не достаточно. Нужен был свет. Он не взял из дома фонарик, о такой ерунде легко забыть, если ты привык просто щелкать выключателем. Джуниор пересек кухню, переступив через тело Энжи, открыл первую из двух две-рей на другой стороне. Это была кладовая. Там были только полки с бутылками и банками консервов. Он открыл другую дверь, и там ему повезло больше. Это была прачечная. И если он не ошибся насчет формы той штуки, что стояла на шкафу справа от него, то ему продолжало везти.
Он не ошибся. Это был фонарь, причем мощный. Ему надо было поаккуратнее водить лучом фонаря по кухне – опустить шторы было блестящей идеей – но в прачечной он мог спокойно осмотреться. Здесь ему было хорошо.
Мыльный порошок. Отбеливатель. Кондиционер для белья. Ведро и швабра. Хорошо. Без генератора была только холодная вода, но ее хватит, чтобы наполнить ведро. И еще было несколько бачков туалетах. Да и холодная вода была даже лучше. Холодная, для крови.
Он должен быть поработать, как его повернутая на домашнем хозяйстве мать, помнящая настояния мужа: «Чистый дом, чистые руки, чистое сердце». Нужно было отмыть кровь. Потом он протрет все, к чему он помнил, как прикасался, и все, к чему он не помнил. Но сначала…
Тело. Нужно что-то сделать с телом.
Джуниор решил, что пока подойдет кладовая. Он оттащил Энжи, держа за руки, потом отпустил их: фламп. После этого принялся за работу. Он тихонько насвистывал, сначала прикрепляя магнитики обратно на холодильник, а потом опуская шторы. Успел налить ведро почти доверху, прежде чем кран начал плеваться. Еще один бонус.
Он еще мыл, работа уже подходила к концу, когда послышался стук в переднюю дверь.
Джуниор вскочил, с широкими глазами и губами, натянутыми в гримассе ужаса.
- Энжи? – Это была девочка, и она всхлипывала. – Энжи, ты там? – Еще стук, а потом дверь открылась. Его везение, похоже, закончилось. – Энжи, пожалуйста, будь здесь. Я видела твою машину в гараже.
Дерьмо. Гараж! Он не проверил гребаный гараж!
- Энжи? – Опять всхлипывания. Он ее знал. О боже, это та идиотка Додди Сандерс? Точно. – Энжи, она сказала, что моя мама мертва. Миссис Шамвей сказала, что она умерла!
Джуниор надеялся, что она сначала пойдет наверх, проверит комнату Энжи. Но она прошла в холл перед кухней, идя в темноте медленно и осторожно.
- Энжи? Ты в кухне? Кажется, я видела свет.
Голова Джуниора опять начала ныть, и виновата была эта обкуренная манда. А что случится дальше… это тоже будет ее виной.